Экспонаты оживут в виртуальной реальности
В столице Поморья снимут сериал о морской истории Русского Севера
Об этом сообщили в правительстве региона. Пять короткометражных фильмов станут частью экспозиции Северного морского музея и впервые позволят посетителям буквально «шагнуть» в прошлое.
Проект под названием «15 миль света» реализует Поморский культурный фонд «Берегиня» при поддержке Губернаторского центра «Вместе мы сильнее». Особенность инициативы в том, что к работе подключили молодежь: фильмы готовит образовательная кинолаборатория, в которой участвуют студенты Архангельского колледжа культуры и искусства.
Конкурс идей и сильные сюжеты
Чтобы отобрать лучшие истории, организаторы объявили конкурс сценариев. На него поступило 20 заявок не только из Архангельска, но и из Москвы, Санкт‑Петербурга, Уфы, Омска, Казани, а также из Тбилиси, Костаная и Горловки. Жюри выбрало трех победителей, чьи идеи лягут в основу трех из пяти VR‑фильмов.
Победители получат дипломы и денежное вознаграждение. Это Никита Цыбун из Архангельска со сценарием «Открой кингстоны» о судьбе ледокола «Святогор», Евгения Тикиджи‑Хамбурьян из Санкт‑Петербурга с идеей фильма о Жужмуйском маяке и Елена Щетинина из Омска с работой «Океан в одном куске дерева». Еще два сценария напишет творческая группа проекта.
Один из победителей, Никита Цыбун, рассказал, почему выбрал именно эту тему:
– Я остановился на истории затопления ледокола «Святогор» в 1918 году в период интервенции – события тех лет были очень драматичными. Сам когда‑то занимался судомоделизмом, пробовал писать сценарии для короткометражек, поэтому решил попробовать свои силы. Очень интересно увидеть, каким получится итоговый фильм.
Музей как окно в прошлое
Для Архангельской области выпуск фильмов в формате виртуальной реальности – первый подобный опыт. При этом сюжеты будут тесно связаны с реальной экспозицией: в основе каждой истории – предметы из фондов Северного морского музея. По словам директора фонда «Берегиня», автора идеи Тамары Статиковой, главная цель проекта – популяризировать морскую историю и традиции Русского Севера и Арктики.
Директор Северного морского музея Евгений Тенетов подчеркивает, что VR‑формат откроет новые возможности для посетителей:
– Благодаря этому проекту экспонаты будут «оживать» и помогут почувствовать атмосферу минувшего времени. Это не просто рассказ об истории – это погружение в нее.
Семки VR‑сериала начнутся в ближайшее время. Презентацию планируют провести в начале декабря прямо в Северном морском музее. После этого фильм станет постоянной частью музейной коллекции, и увидеть его сможет любой желающий.
НАШАСПРАВКА
Судьба ледокола
«Святогор» строили как символ силы на Севере: его заложили в январе 1916 года на верфи в Ньюкасле по заказу Морского министерства России. Спустили на воду 3 августа, а уже 31 марта 1917 года на нем подняли флаг. Мощность – около 10 тысяч лошадиных сил: на тот момент это был самый сильный арктический ледокол в мире.
Имя выбрали не случайно: «Святогор» отсылал к Архангельску – «святому городу», порту приписки, который должен был стать его домом. В июле 1917 года командиром судна стал поручик по Адмиралтейству Николай Александрович фон Дрейер – человек, которому и предстояло сыграть в этой истории трагическую роль.
Приказ о затоплении
К лету 1918 года обстановка у Архангельска стала критической. Интервенты уже контролировали Мурманск, их эскадра из 17 боевых кораблей шла к устью Северной Двины. Остров Мудьюг, прикрывавший главный фарватер, обороняли две береговые батареи. На помощь бросили «Святогор», ледокольный пароход «Микула Селянинович» и минный заградитель «Уссури». Но помочь гарнизону не успели: Мудьюг пал.
1 августа 1918 года командующий Флотилией Северного Ледовитого океана контр‑адмирал Николай Эммануилович Викорст отдал приказ затопить суда в фарватере, чтобы перекрыть путь вражеской эскадре. Ледоколы намеренно пустили на дно, открыв кингстоны – именно эти слова легли в основу сценария Никиты Цыбуна. Место затопления – мелководье у Лапоминки, у устья речки Чижовки.
Замысел провалился. Тяжелые суда сели на грунт не так, как рассчитывали: между ними остался узкий проход, которого хватило для кораблей противника. А поднять «Святогор» оказалось несложно – достаточно было откачать воду. Уже 2 августа британцы обнаружили затопленные суда, а к вечеру того же дня интервенты вошли в Архангельск.
Цена решения
За исполнение приказа ответили люди. Командир фон Дрейер, председатель судового комитета Александр Терехин и еще пятеро матросов были арестованы и расстреляны по решению суда.
Есть и пронзительная бытовая деталь, которая делает историю живой: уходя с корабля, матросы успели забрать с собой простые вещи – сахарницу, масленку и кофейник. Сейчас эти предметы – в коллекции Северного морского музея. В них – не только память о быте, но и тихий протест против того, как быстро корабль, построенный для Севера, оказался чужим.
Возвращение на родину
Судьба «Святогора» после затопления была не менее бурной. Со 2 августа по 5 октября 1918 года судно контролировало белое правительство Северной области, затем его передали англичанам. В составе британского флота он работал в северных водах, а позже ставил противолодочные заграждения на рейде Скапа‑Флоу.
В июне 1920 года «Святогор» сыграл важную роль в спасении ледокольного парохода «Соловей Будимирович», затертого льдами в Карском море. На борту было 84 человека. Экспедицию возглавил известный полярник Отто Свердруп, и «Святогор» пришел к терпящему бедствие судну на полчаса раньше советского ледореза «III Интернационал». За эту помощь советское правительство выплатило 2 миллиона норвежских крон.
В 1921 году по англо‑советскому торговому соглашению ледокол выкупили и вернули России – по сути, страна заплатила за собственный корабль дважды. Огромную роль в этом сыграли нарком внешней торговли Леонид Красин и академик А. Н. Крылов.
А в 1927 году, после смерти Красина, судно переименовали в «Красин». Дальше были новые страницы: спасение экспедиции Нобиле, участие в Великой Отечественной войне, долгая служба. Сегодня «Красин» – судно‑музей в Санкт‑Петербурге, филиал Музея Мирового океана на набережной Лейтенанта Шмидта. На сайте музея есть специальный раздел «„Святогор“ спешит на помощь» – с документами и фотографиями той эпохи.
Эта история – не просто хроника событий. Это рассказ о том, как судьба одного корабля отражает целую эпоху: решения, за которые платят люди, и корабли, которые продолжают служить даже тогда, когда кажется, что все потеряно. И теперь она получит новую жизнь в VR‑сериале, который готовят для Северного морского музея: чтобы зрители смогли буквально «встать» на палубу «Святогора» и услышать команду: «Открой кингстоны».
Фото: © Экстрагид
Сегодня прославленное судно стоит на вечном приколе у набережной Лейтенанта Шмидта
Проект под названием «15 миль света» реализует Поморский культурный фонд «Берегиня» при поддержке Губернаторского центра «Вместе мы сильнее». Особенность инициативы в том, что к работе подключили молодежь: фильмы готовит образовательная кинолаборатория, в которой участвуют студенты Архангельского колледжа культуры и искусства.
Конкурс идей и сильные сюжеты
Чтобы отобрать лучшие истории, организаторы объявили конкурс сценариев. На него поступило 20 заявок не только из Архангельска, но и из Москвы, Санкт‑Петербурга, Уфы, Омска, Казани, а также из Тбилиси, Костаная и Горловки. Жюри выбрало трех победителей, чьи идеи лягут в основу трех из пяти VR‑фильмов.
Победители получат дипломы и денежное вознаграждение. Это Никита Цыбун из Архангельска со сценарием «Открой кингстоны» о судьбе ледокола «Святогор», Евгения Тикиджи‑Хамбурьян из Санкт‑Петербурга с идеей фильма о Жужмуйском маяке и Елена Щетинина из Омска с работой «Океан в одном куске дерева». Еще два сценария напишет творческая группа проекта.
Один из победителей, Никита Цыбун, рассказал, почему выбрал именно эту тему:
– Я остановился на истории затопления ледокола «Святогор» в 1918 году в период интервенции – события тех лет были очень драматичными. Сам когда‑то занимался судомоделизмом, пробовал писать сценарии для короткометражек, поэтому решил попробовать свои силы. Очень интересно увидеть, каким получится итоговый фильм.
Музей как окно в прошлое
Для Архангельской области выпуск фильмов в формате виртуальной реальности – первый подобный опыт. При этом сюжеты будут тесно связаны с реальной экспозицией: в основе каждой истории – предметы из фондов Северного морского музея. По словам директора фонда «Берегиня», автора идеи Тамары Статиковой, главная цель проекта – популяризировать морскую историю и традиции Русского Севера и Арктики.
Директор Северного морского музея Евгений Тенетов подчеркивает, что VR‑формат откроет новые возможности для посетителей:
– Благодаря этому проекту экспонаты будут «оживать» и помогут почувствовать атмосферу минувшего времени. Это не просто рассказ об истории – это погружение в нее.
Семки VR‑сериала начнутся в ближайшее время. Презентацию планируют провести в начале декабря прямо в Северном морском музее. После этого фильм станет постоянной частью музейной коллекции, и увидеть его сможет любой желающий.
НАШАСПРАВКА
Судьба ледокола
«Святогор» строили как символ силы на Севере: его заложили в январе 1916 года на верфи в Ньюкасле по заказу Морского министерства России. Спустили на воду 3 августа, а уже 31 марта 1917 года на нем подняли флаг. Мощность – около 10 тысяч лошадиных сил: на тот момент это был самый сильный арктический ледокол в мире.
Имя выбрали не случайно: «Святогор» отсылал к Архангельску – «святому городу», порту приписки, который должен был стать его домом. В июле 1917 года командиром судна стал поручик по Адмиралтейству Николай Александрович фон Дрейер – человек, которому и предстояло сыграть в этой истории трагическую роль.
Приказ о затоплении
К лету 1918 года обстановка у Архангельска стала критической. Интервенты уже контролировали Мурманск, их эскадра из 17 боевых кораблей шла к устью Северной Двины. Остров Мудьюг, прикрывавший главный фарватер, обороняли две береговые батареи. На помощь бросили «Святогор», ледокольный пароход «Микула Селянинович» и минный заградитель «Уссури». Но помочь гарнизону не успели: Мудьюг пал.
1 августа 1918 года командующий Флотилией Северного Ледовитого океана контр‑адмирал Николай Эммануилович Викорст отдал приказ затопить суда в фарватере, чтобы перекрыть путь вражеской эскадре. Ледоколы намеренно пустили на дно, открыв кингстоны – именно эти слова легли в основу сценария Никиты Цыбуна. Место затопления – мелководье у Лапоминки, у устья речки Чижовки.
Замысел провалился. Тяжелые суда сели на грунт не так, как рассчитывали: между ними остался узкий проход, которого хватило для кораблей противника. А поднять «Святогор» оказалось несложно – достаточно было откачать воду. Уже 2 августа британцы обнаружили затопленные суда, а к вечеру того же дня интервенты вошли в Архангельск.
Цена решения
За исполнение приказа ответили люди. Командир фон Дрейер, председатель судового комитета Александр Терехин и еще пятеро матросов были арестованы и расстреляны по решению суда.
Есть и пронзительная бытовая деталь, которая делает историю живой: уходя с корабля, матросы успели забрать с собой простые вещи – сахарницу, масленку и кофейник. Сейчас эти предметы – в коллекции Северного морского музея. В них – не только память о быте, но и тихий протест против того, как быстро корабль, построенный для Севера, оказался чужим.
Возвращение на родину
Судьба «Святогора» после затопления была не менее бурной. Со 2 августа по 5 октября 1918 года судно контролировало белое правительство Северной области, затем его передали англичанам. В составе британского флота он работал в северных водах, а позже ставил противолодочные заграждения на рейде Скапа‑Флоу.
В июне 1920 года «Святогор» сыграл важную роль в спасении ледокольного парохода «Соловей Будимирович», затертого льдами в Карском море. На борту было 84 человека. Экспедицию возглавил известный полярник Отто Свердруп, и «Святогор» пришел к терпящему бедствие судну на полчаса раньше советского ледореза «III Интернационал». За эту помощь советское правительство выплатило 2 миллиона норвежских крон.
В 1921 году по англо‑советскому торговому соглашению ледокол выкупили и вернули России – по сути, страна заплатила за собственный корабль дважды. Огромную роль в этом сыграли нарком внешней торговли Леонид Красин и академик А. Н. Крылов.
А в 1927 году, после смерти Красина, судно переименовали в «Красин». Дальше были новые страницы: спасение экспедиции Нобиле, участие в Великой Отечественной войне, долгая служба. Сегодня «Красин» – судно‑музей в Санкт‑Петербурге, филиал Музея Мирового океана на набережной Лейтенанта Шмидта. На сайте музея есть специальный раздел «„Святогор“ спешит на помощь» – с документами и фотографиями той эпохи.
Эта история – не просто хроника событий. Это рассказ о том, как судьба одного корабля отражает целую эпоху: решения, за которые платят люди, и корабли, которые продолжают служить даже тогда, когда кажется, что все потеряно. И теперь она получит новую жизнь в VR‑сериале, который готовят для Северного морского музея: чтобы зрители смогли буквально «встать» на палубу «Святогора» и услышать команду: «Открой кингстоны».
Фото: © Экстрагид
Сегодня прославленное судно стоит на вечном приколе у набережной Лейтенанта Шмидта
